Свежие комментарии

  • Михаил
    Мир вашему дому дорогие ребята.Никогда не меняйте своего отношения к подлецам .Распространите эт...
  • Борис Николаевич
    Я думаю, что корёжить от парада победы прежде всего большинство руководства нашей страны! Почему? Да хотя бы по тому,...Серебряный крест ...
  • Александр Hammer
    Бесы. Что же май опять так вьюжит? Воет струн тугая нить. Это бесы в танце кружат, Бесы требуют забыть. Каждый год ...Серебряный крест ...

"Большой экономический и моральный ущерб". Как в СССР началась антиалкогольная кампания

"Большой экономический и моральный ущерб". Как в СССР началась антиалкогольная кампания

Историк Алексей Волынец — о том, как проходила борьба с пьянством и сколько действительно пил советский человек.

​​​"Подавляющее большинство советских людей единодушны в том, что употребление спиртного наносит большой экономический и моральный ущерб, что оно нетерпимо в жизни нашего общества…" — гласило принятое в мае 1985 года постановление Центрального комитета Коммунистической партии Советского Союза. ЦК КПСС в то время был главным правящим органом огромной страны, именно с этого документа по всему СССР стартовала знаменитая (не лишним будет добавить — печально знаменитая!) антиалкогольная кампания Горбачева.

Удивительно, но развернувшаяся 36 лет назад яростная борьба с явлением, наносившим "большой экономический и моральный ущерб", в итоге сама причинила ущерб — моральный и экономический — не меньший, а то и больший, чем самое разнузданное пьянство… Попробуем разобраться, почему так произошло.

"Общечеловеческие ценности"

Для начала зададим вопрос — а была ли в те годы столь уж остра проблема, выражаясь языком вышеупомянутого постановления ЦК КПСС, "такого уродливого явления, как пьянство"? Вполне официальная статистика приводит факты, что в середине 80-х годов минувшего века в СССР на душу населения приходилось 11 литров крепких напитков, 19 литров вина и 23 литра пива.

Немало. Но в те же годы во Франции "на душу" приходилось шесть литров крепких напитков, 90 литров вина и 44 литра пива — в пересчете на абсолютный алкоголь француз пил заметно больше, чем простой советский человек накануне антиалкогольной кампании Горбачева!

Но, в отличие от Михаила Сергеевича, французские президенты тех лет — Валери-Рене-Мари-Жорж Жискар д’Эстен и Франсуа-Морис-Адриен-Мари Миттеран — отчего-то не прославились борьбой с "таким уродливым явлением, как пьянство". Да им и в голову не приходило, что с гражданами Франции что-то не так, а с древними французскими традициями регулярного и повсеместного распития вина следует бороться…

На старте горбачевской антиалкогольной кампании в советских СМИ любили приводить кричащие факты о страшном вреде пьянства. Обычно это было нечто типа: "В Челябинской области за четыре года ХI пятилетки (1981–1984) вызванные пьянством потери рабочего времени составили 3242 тыс. человеко-дней". Цифра 3 миллиона рабочих дней звучит весомо и убедительно. Но, по сути, это всего лишь игра в статистику — население СССР к 1985 году превышало четверть миллиарда, увеличивалось ежегодно и уверенно подбиралось к 300 миллионам. И в реальном объеме экономических показателей такой огромной страны все вырванные из контекста и вроде бы на первый взгляд огромные цифры вреда от пьянства составляли в лучшем случае считаные проценты.

"До 1985 года через медвытрезвители ежегодно проходило около 9 миллионов человек", — писала осенью 1986 года газета "Известия", вторая по значению газета СССР. Цифра 9 миллионов внушает! Но в реальности это означает, что 95% из 157 миллионов трудоспособных граждан СССР, достигших на тот год совершеннолетия, но еще не достигших пенсионного возраста, вообще никогда в жизни не сталкивались с таким явлением, как медицинский вытрезвитель — заведение, куда органы милиции (как тогда именовали полицию) доставляли задержанных на улицах нетрезвых людей.

Значит ли это, что проблем с алкоголизмом в СССР не было? Они, безусловно, имелись. Советский Союз был страной ускоренной урбанизации — к 80-м годам ХХ века большинство городского населения являлись горожанами лишь в первом поколении. Уже не крестьяне, но еще не городская интеллигенция — традиционная деревенская мораль уже исчезла, новая городская еще не усвоена...

Подобная ускоренная урбанизация во всех странах рождала похожие проблемы, в том числе повышенное потребление алкоголя у первых поколений "новых" горожан — их уровень жизни и время для досуга росли быстрее, чем их бытовая культура. Развитые страны Западной Европы прошли такой переход к городской цивилизации несколько раньше СССР, еще на рубеже XIX–XX веков. Михаил Горбачев весьма любил словосочетание "общечеловеческие ценности" — так вот, проблема пьянства в Советском Союзе была именно такой "общечеловеческой ценностью". Это не было какое-то специфическое "русское пьянство". Нет, это были вполне естественные и свойственные многим странам проблемы, вызванные, по историческим меркам, слишком быстрыми социально-экономическими изменениями.

Забытое завещание товарища Пельше

Высшие власти СССР задолго до Горбачева заметили этот рост потребления спиртных напитков по мере ускорения и расширения урбанизации. Если в 1960 году советский гражданин ежегодно выпивал в среднем 4,6 литра алкоголя, то к закату эпохи Брежнева этот показатель достиг десяти литров. Поэтому еще в 1982 году при ЦК КПСС (в то время, напомним, это де-факто самый главный орган власти в стране) была создана особая Комиссия по борьбе с пьянством и алкоголизмом. Ее возглавил ныне всеми прочно забытый Арвид Янович Пельше.

Сегодня никто и не вспомнит такого государственного деятеля. Но старый чекист Пельше, ставший коммунистом еще до революции, бывший свидетелем провала еще царского сухого закона, прошедший Гражданскую войну и все пертурбации первой, самой страшной половины XX века, был весьма опытным и мудрым политиком. Разработанный им осенью 1982 года план антиалкогольной кампании предусматривал не примитивные запреты и ограничения, а наоборот — в целях борьбы с алкоголизмом предполагалось увеличить в СССР производство вина и пива и существенно расширить сеть кафе и пивных!

Рассчитанный на долгий срок план Пельше бил в корень проблемы, предполагал изменить структуру и культуру потребления спиртного в стране — грубо говоря, сделать так, чтобы граждане не глушили водку во дворах, а культурно распивали ликеры и вина в кафе… Увы, разумные предложения бывшего чекиста (Пельше стал сотрудником ЧК еще при Дзержинском) реализованы не были. Как раз с осени 1982 года в СССР началась "пятилетка пышных похорон" — так в народе прозвали несколько лет, когда подряд ушли из жизни аж три высших лидера страны — Брежнев, Андропов, Черненко — и дюжина крупнейших, опытных руководителей второго плана, занимавших высокие посты еще со времен Сталина. Сам Арвид Пельше умер весной 1983 года в возрасте 84 лет.

Тогда в СССР почти полностью сменилось поколение высших руководителей, первым лицом государства стал относительно молодой Михаил Горбачев. Как всякому начинающему и амбициозному правителю, ему требовался наглядный, а главное — быстрый успех, достигнутый под его руководством и понятный всем. Горбачев посчитал, что таковым для него станет успех борьбы с алкоголизмом. И все острожные, продуманные планы, доставшиеся по наследству от старого чекиста Пельше, были отброшены в сторону.

Официально антиалкогольная кампания стартовала в стране с 17 мая 1985 года, когда в "Правде", главной газете СССР, опубликовали целый ряд правительственных распоряжений о "преодолении такого уродливого явления, как пьянство, злоупотребление спиртными напитками". Данные слова — цитата из опубликованного в тот день постановления ЦК КПСС. Помимо решения высшего органа тогда единственной и правящей партии, на страницах "Правды" были помещены Постановление Президиума Верховного Совета СССР "Об усилении борьбы с пьянством" и Постановление Совета Министров (правительства) СССР "О мерах по преодолению пьянства и алкоголизма, искоренению самогоноварения".

Первые жертвы борьбы с алкоголем

На страну в тот майский день со страниц газеты "Правда" обрушился целый ворох новых директив, политических и административных изменений. Были существенно повышены штрафы за распитие спиртного и самогоноварение. Резко ограничили условия продажи любого алкоголя — с июня 1985 года он мог продаваться только после 14 часов и только гражданам старше 21 года. Ограничение по возрасту вообще противоречило Конституции и основам гражданского законодательства СССР, однако Горбачева и его сторонников в правительстве это не смущало.

В постановлении ЦК правящей партии досталось даже журналистам и деятелям культуры. С заоблачных высот власти и со страниц главной газеты на всю страну прозвучало: "Совершенно нетерпимыми являются факты, когда в средствах массовой информации, в отдельных произведениях литературы, в кино и по телевидению проповедуются идеи "культурного", умеренного употребления спиртных напитков, в привлекательном виде изображаются всевозможные застолья и питейные ритуалы… Не допускать, чтобы в театры, кино, теле- и радиопередачи, художественные произведения проникали мотивы, пропагандирующие выпивки, застолья".

Естественно, было резко ограничено и само производство алкоголя, на которое тогда существовала строгая государственная монополия. Постановление ЦК предусматривало "ежегодное сокращение объемов производства водки и ликеро-водочных изделий, а к 1988 году полностью прекратить выпуск плодово-ягодных вин".

Последняя фраза явно стала роковой для виноградарства и виноделия в Советском Союзе. Вообще-то, плодово-ягодные и виноградные вина это совершенно разные продукты в любой алкогольной номенклатуре. Но в угаре административного восторга, накрученные строгими приказами и массовой пропагандой свыше местные власти и власти союзных республик быстро начали соревноваться — кто раньше и больше сократит производство любого вина.

В итоге по всей стране в традиционных винодельческих регионах под лозунгом борьбы с алкоголизмом началась… вырубка виноградников. Только в республиках Закавказья, в Армении, Азербайджане и Грузии с 1985 по 1988 год сбор винограда сократился в два раза! На территории России, тогда РСФСР, в Дагестане площади виноградников сократились вдвое, а производство винограда упало в три раза — прежде сопоставимое сокращение виноградарства на дагестанских землях было только в годы Великой Отечественной войны.

На современной территории России древнейшим регионом виноделия и виноградарства является Крым, вино на полуострове массово производили еще в Античности, до нашей эры. В годы антиалкогольной кампании Горбачева полуостров Крым входил в состав Украинской ССР — в этой союзной республике в рамках исполнения горбачевских директив в декабре 1985 года приняли свой закон "Про заходи по посиленню боротьби проти пияцтва і алкоголізму, викорененню самогоноваріння". И хотя ни республиканский закон, ни иные общесоюзные акты не предусматривали вырубку виноградников, но итог антиалкогольной кампании для Крыма был печальным — за три следующих года производство винограда здесь сократилось на 20%, а производство знаменитых крымских вин снизилось более чем вдвое, на 55%.

"Большой экономический и моральный ущерб". Как в СССР началась антиалкогольная кампания

Совхоз имени Д. Расулова в Таджикистане © Сергей Жуков, Роберт Нетелев/ТАСС

Как вспоминают очевидцы, тогда в Крыму "руководители ездили по хозяйствам и требовали убирать с хороших земель виноградники, заменять их кормами…" На высшем уровне рассматривался даже вопрос о ликвидации винзавода "Массандра" и его знаменитой винотеки, где хранились образцы вин, выпущенных за все полтора века работы предприятия.

В декабре 1986 года в Ялте покончил жизнь самоубийством бывший директор Всероссийского национального научно-исследовательского института виноградарства и виноделия Павел Яковлевич Голодрига. Ученый, посвятивший всю жизнь развитию крымского виноделия, автор целого ряда изобретений в этой сфере не смог пережить чудовищные для его дела последствия антиалкогольной кампании Горбачева.

"Продажа одеколона в Москве выросла в 1,5 раза…"

Столь "решительная" борьба именно с виноградниками в рамках антиалкогольной кампании удивляет откровенным маразмом. Но и сокращение производства водки в те годы тоже привело к довольно печальным, а местами и трагикомическим итогам.

Любопытно и показательно, что в 1985–87 годах производство вина сократилось почти в три раза, тогда как водки всего вдвое. При этом сокращение производства крепкого алкоголя и повышение цен на него (почти на 30%) привело к резкому росту самогоноварения. Но резко выросшее самогоноварение, в свою очередь, привело к скачкообразному росту потребления сахара как самого простого и удобного продукта для производства "самопального" алкоголя. В итоге именно сахар в ходе бескомпромиссной и столь же бездумной борьбы с алкоголизмом стал в СССР первым дефицитным продуктом, открыв эру продуктового дефицита конца 80-х годов минувшего века.

При этом ограничения продаж крепкого алкоголя проводились в стране с тем же административным восторгом, что и вырубка виноградников. Например, в Астраханской области местные власти сократили число магазинов, в которых разрешалась продажа алкоголя, более чем в 20 раз! Рост цен и ограничения продажи водки привели и к совсем неожиданным для Горбачева последствиям — министерство торговли СССР уже на второй год антиалкогольной кампании доложило первому лицу страны: "В 1986 году продажа одеколона в Москве выросла в 1,5 раза".

"Большой экономический и моральный ущерб". Как в СССР началась антиалкогольная кампания

Товарищеский суд над самогонщицей в Ташкенте, 1988 год © Р. Нуритдинов/ТАСС

То есть на фоне непродуманной борьбы с алкоголизмом стали больше пить не только самогон, но и спиртосодержащие суррогаты! По сути, шумная кампания Горбачева не сильно вредила настоящим алкоголикам, готовым пить "все, что горит", но весьма мешала как раз тем, кто хотел употреблять качественный алкоголь культурно.

Осенью 1987 года Горбачеву и высшему руководству СССР поступила аналитическая записка Виталия Воротникова, председателя Совета Министров РСФСР. Глава правительства союзной республики Россия констатировал в этом документе неутешительное: "Только в 1986 году на самогоноварение было израсходовано более 400 тыс. тонн сахара, из которого произведено 500 млн литров спиртного, что на 80% восполнило продажу водки, не считая самогона, браги, произведенных из других видов сырья. Так что снижение потребления винно-водочных изделий является мнимым…"

На исходе 1987 года высшему руководству СССР пришлось признать довольно печальный итог первых лет антиалкогольной кампании. Со страниц главного журнала правящей партии "Известия ЦК КПСС" тогда впервые прозвучала официальная критика происходящего в стране. Статья с характерным названием "О некоторых негативных явлениях в борьбе с пьянством и алкоголизмом" приводила прискорбные для Горбачева и его сторонников факты: "Резкое сокращение производства и продажи спиртных напитков привело к значительному росту спекуляции спиртным и самогоноварения. В 1985 году к ответственности за самогоноварение было привлечено 30 тыс. граждан, в 1986 году — 150 тыс., в 1987 году — 397 тысяч. В 1987 году на самогоноварение израсходовано 1,4 млн тонн сахара, что примерно равно 140–150 млн декалитров самогона и практически компенсировало сокращение продажи водки и ликеро-водочных изделий…"

Помимо всех указанных выше проблем и "перегибов", непродуманная кампания привела и к существенным финансовым потерям госбюджета. За последние десятилетия существования СССР государственная монополия на алкоголь приносила порядка 5–8% доходной части бюджета — это в два раза меньше, чем при Сталине, и в три раза меньше, чем при царях, но все же совсем не мало.

Уже за 1985 год доходы государства от продажи алкоголя сократились на треть. По итогам следующего 1986 года доходная часть общесоюзного бюджета из-за падения продаж вина и водки в магазинах не досчиталась почти 4%. Может показаться, что это немного, но на самом деле это являлось уже существенной проблемой государственных финансов — особенно в комплексе с иными нараставшими трудностями, от внутреннего экономического кризиса до падения мировых цен на экспорт нефти.

"Обсуждение перешло в крик и откровенную ругань…"

Однако спустя 36 лет после начала столь провальной кампании — будем справедливы к Горбачеву и его потугам — борьба с алкоголизмом в эпоху приснопамятной перестройки дала и некоторые позитивные результаты. Если данные статистики о заметном росте деторождения и численности населения СССР за 1986–87 годы могут быть связаны не только со снижением потребления алкоголя, но, главным образом, с длительными демографическими волнами, то заметное снижение смертности и улучшение статистики дорожно-транспортных происшествий за тот же период — это явная заслуга антиалкогольной кампании.

Если в 1984 году на дорогах СССР погибло в авариях почти 48 тысяч человек, то в 1986 году — на 20% меньше, всего 39 тысяч. С 1988 года, после завершения антиалкогольной кампании, число погибших в различных ДТП вновь начнет расти…

И все же негативные результаты затеянного в мае 1985 года явно превышали любой позитив. Яростная государственная "борьба с алкоголизмом" имела и провальный политический результат, кстати, очень похожий на итоги царского сухого закона — граждане СССР, озлобленные приказной трезвостью и длинными очередями за водкой (фото таких многолюдных очередей весьма характерны для тех лет), стали активно ругать высшую власть и особенно Горбачева персонально. Антиалкогольная кампания весьма подорвала его изначально высокий рейтинг у населения страны.

Сам Горбачев, пусть и неохотно, под давлением, но признал провал своего замысла уже 8 сентября 1988 года. В тот день вопрос об антиалкогольной политике был вынесен на обсуждение Политбюро, главного органа правящей партии. Как вспоминал Николай Рыжков, тогда глава правительства СССР: "За пять лет работы в Политбюро я участвовал в различных заседаниях — и в спокойных, и острых, и смешных. Но это заседание не подходило не под одну из таких характеристик. Горбачев поставил вопрос об антиалкогольной политике последним в повестке дня, надеясь, по-видимому, что к концу заседания все устанут, и он будет скомкан. Но все произошло по-иному… Обсуждение перешло в крик и откровенную ругань, в личные выпады…"

После столь бурных дебатов, под нажимом большинства Михаил Горбачев вынужденно признал полный провал и фиаско своих некогда амбициозных замыслов быстрой победы над алкоголем. Будущий могильщик СССР сделал это с присущим ему многословием: "В реальной жизни получалось неважно с реализацией майского указа 1985 года… В общем, в осуществлении правильной линии перестарались… Сейчас мы уже имеем 400 тыс. осужденных за самогон, и конца этому не видно… Производство водки надо оставить на установленном уровне. И никаких ограничений для пива, для вина, для шампанского, для коньяка…"

Подробности на ТАСС

Картина дня

наверх